В Сочи, пожалуй, найдется немного мест, где можно было бы с головой окунуться в историю города-курорта, почувствовать "вкус, цвет и аромат" определенной эпохи. Мест, где время не то чтобы замирает, оно будто прокручивается на несколько десятилетий назад, и ты, человек совсем другой эпохи, можешь не только увидеть, но и прикоснуться к вещам, осененным печатью десятилетий.Одно из таких мест – Литературно-мемориальный музей Н.Островского, в котором будто в драгоценном сосуде "запечатан" дух пятидесятых годов. Здание в стиле сталинского ампира, построенное рядом с мемориальным домом писателя по индивидуальному проекту, настолько четко и органично вписалось в окружающее пространство, что без такого "тыла" сочинскую усадьбу автора романа "Как закалялась сталь" представить уже невозможно.
По словам музейных работников, когда зашла речь о капитальном ремонте, стало одновременно и радостно, и страшно. Радостно от того, что копившиеся много лет проблемы разом будут решены, страх – от того, что придется вторгаться "в эпоху". Лаконичность и грандиозность архитектурных решений, уникальность использованных техник, "неформатные" окна и двери – все указывало на то, что проект далеко не типовой и что генеральному подрядчику – ООО "Градострой" – предстоит долгая и кропотливая работа. Тем более что хранители истории не собирались уступать "ни пяди" историко-архитектурного наследия.
Как показало время, переживали музейщики напрасно. Генподрядчик, до этого вдохнувший вторую жизнь в Музей истории города-курорта Сочи, настолько проникся историко-культурным духом, что сам советовал не тревожить определенные элементы отделки. Например, массивные деревянные перила и выполненные в "мозаике" лестничные пролеты. Современными материалами сделать красивее и качественнее не получится, поэтому на общем совете приняли решение о проведении реставрации.
Но чем-то, безусловно, пришлось пожертвовать. Иначе в чем смысл капитального ремонта? Так, в здании полностью заменили электропроводку, в результате чего украшенный лепниной свод на втором этаже засиял новыми гранями. Правда, от запланированной ранее люстры пришлось отказаться: слабые конструкции перекрытия могли не выдержать массивный вес хранящегося в фондах светильника. Выход из положения нашли быстро – свод подсветили 15 встроенными лампами и одним прожектором. В итоге уникальная лепнина предстала во всей красе, а свод визуально стал значительно выше. Таким потолком действительно можно залюбоваться. Гордость работников – новые металлопластиковые окна и двери, выполненные по специальному заказу.
– Таких дверей вы больше нигде не увидите, – рассказывает директор музея Людмила Зюмченко. – Они гораздо выше стандартных "коробок". Спасибо руководству генподрядной организации и лично генеральному директору Амаяку Вартаняну, который согласился, что снижение дверных проемов за счет установки стандартных дверей в данном случае недопустимо. Архитектурный облик здания нельзя менять ни в коем случае. Музей должен оставаться музеем. Неизменным сохранили и цвет фасада – жемчужно-серый. Правда, покрытие с элементами кварца заменили современной структурной штукатуркой с эффектом "короед". Получилось свежо и благородно. Также выглядят и выкрашенные в молочно-серые оттенки выставочные залы. Как объяснила Людмила Зюмченко, серый – традиционный для музея цвет стен, благодаря своей неброскости он гармонирует с любыми выставочными экспонатами. Что же касается цвета залов экспозиций, то в них преобладают алые и фисташковые оттенки. Фисташковый – эпоха мещанства, алый – цвет энергичного строительства курорта в сталинскую эпоху. Колеровка выбиралась по согласованию с художником Сергеем Сорокиным, которому предстоит разработать новый дизайн залов.
Большие преобразования ожидают и дворик. Бригада плиточников уже завершает укладку брусчатки, серая плитка не выбивается из антуража и вписывается в общий фон усадьбы. Музейщиков пытались убедить остановиться на другой цветовой гамме, но традиционные для Сочи красные и желтые квадратики смотрелись бы здесь не совсем уместно. Если уж придерживаться архитектурного ансамбля, то полностью. 50-е годы прошлого века – время бетона и асфальта, так что серая плитка вполне логична. Исходя из этого, не будет и большой перепланировки зеленого убранства.
– Здесь есть кипарисы и кедр времен Николая Островского, но большая часть растений – современные посадки. Рядом с усадьбой высажены фруктовые деревья – фейхоа, мушмула, домашний сад, который и должен остаться домашним. Кстати, у нас уже поспел урожай, – улыбнулась директор музея.
О сроках окончания ремонта здесь не загадывают. Главное, уверяют музейщики, чтобы было качественно. Задел огромный, общая тенденция тоже прослеживается, да и работают строители с душой, что радует.
Елена ЕРМАКОВА.
www.sochi-news.ru
